- Вот именно, она хорошая девушка, - отозвался Эрик. - Печально будет, если всю жизнь так и проходит в ученицах. И я ведь так и сказал - если это было шоу с целью нас развлечь, то я всецело одобряю.
И Эрик улыбнулся - ему казалось, что мило.
Искра вернулась к готовке. Судя по поджатым губам - обиделась. Ничего, детям это полезно.
- Нет, Елена, от обезболивающего толку не будет. Я попозже переберусь в медотсек и поставлю капельницу. А вы, если вам не трудно, найдите все-таки Баньши. Шона. И выясните чем он занимается. По логике вещей он должен быть в контрольной комнате. Выясните, что вообще твориться в школе - звонил ли кто-нибудь, появлялись ли на территории посторонние. Чарльза нет, и если историю в парке используют как повод к чем угодно - вся надежда на охранные системы.

Эрик посмотрел на Анола благосклонно.
- Молодец. Хорошая идея.
От одной мысли о телевизоре раскалывалась голова - но официальную версию узнать и правда стоило.
- Сколько времени? Семичасовые новости мы застанем?

Магнето криво усмехнулся:
- Провокация с самого начала была рассчитана на то, что солдаты будут выглядеть невинными жертвами, полиция - спасителями, а мутанты - агрессорами, не способными себя контролировать.
Эрик прикрыл глаза.
- Таков наш мир, Анол. Людям всегда нужны чужие, кто-то, кого они будут обвинять в своих несчастьях. Цветные, сексуальные меньшинства - обязательно найдется кто-то, в кого можно кидать грязью безнаказанно только за то, что он не такой как ты. И если бы только грязью... Когда удается уничтожить всех "не таких" - люди выделяют из своей среды новых "не таких". Закончатся черные - можно заявить, что все рыжие исчадия ада. А мутанты в этом плане идеальны, и знаешь почему? - Эрик открыл глаза и посмотрел прямо на Анола. - Потому что они действительно лучше людей. Быстрее, умнее, больше умеют от рождения. Медленней стареют. Отличаются, и при этом лучше - люди такого никогда не простят. Даже если на весь мир прокричать, что резню в парке остановил профессор Ксавье, телепат - никто в это не поверит. - Эрик скривился от отвращения. - Людям нужны герои-люди.

Чарльз будет очень, очень недоволен, подумал Эрик. Но не врать же мальчишке. Чарльз и так пичкает их идеализмом когда нужно и когда не нужно.
- Чарльз так считает. Профессор Ксавье. Что мутация сама по себе не делает нас лучше. Но ты учил историю, Анол? Корманьонцам и неандертльцам ужился не удалось. Профессор так же утверждает, что времена меняются еще с тех пор, все меняются и меняются, все эти тысячи лет. Но я считаю, что в конечном счете изменились только методы. - Он снова кивнул на экран. - Неандертальцам такая провокация в голову бы не пришла, конечно. Современные люди куда хитрей и проворней.

- Спасибо, Искра, - подчеркнуто вежливо говорит Эрик и даже ласково улыбается. - Ты отлично готовишь.
Есть не хочется совсем, но Эрик умеет относиться к еде как к лекарству, которое необходимо употребить, каким бы невкусным оно ни было.
- Что я могу сказать. Демонстрацию устроили все-таки не люди, и как понимаете, выданное людьми разрешение ничем хорошим для мутантов, в конечном счете, не обернулось. А сидим мы тут и обсуждаем, какие люди, большей частью действительно благодаря профессору Ксавье, - Эрик насмешливо улыбнулся Искре, - мутация которого не привлекает внимания, полностью ему подконтрольна - но тем не менее ее наличие отрицать невозможно. - Сделать новый глоток супа, подождать, пока уляжется тошнота и продолжить. - Я не говорю, что все люди плохи и уж тем более, что все они одинаковы. Но страх слишком легко делает из них настоящих чудовищ. То, что ты видел у Страйкера, Анол - это последствия страха. Сын Страйкера - мутант, а человек, возненавидевший собственного ребенка не будет милосерден к чужим детям. У тех, кто подмешал отраву в водометы, у тех, кто кидался камнями в демонстрантов - у них у всех один и тот же мотив. Они знают, что неандертальнцев в конечном счете не осталось, и даже не столько из-за того, что их вырезали корманьонцы, сколько из-за того, что их время ушло. Люди знают, что в конечном счете их ждет то же самое - их собственные дети рождаются одними из нас. И люди боятся. По отдельности они могут быть милыми и лояльными, но все вместе, - Эрик скривился, - все вместе, и с людьми, типа Страйкера, у власти - о, тогда они меняются кардинально. Так называемые хорошие люди чаще всего просто не задумываются о мутантах и их бедах - и если их лидеры укажут им на мутантов, если прикажут уничтожить их, как своих врагов, они так же легко и не переставая улыбаться пойдут  выполнят приказ. Или просто отвернуться, и позволят выполнить его другим. Как военные в парке. По отдельности - обычные мальчишки, твои ровесники, Искра. Но если бы им приказали открыть огонь, они бы его открыли. И не чувствовали бы себя виноватыми.
Речь вымотала его - Эрик откинулся в кресле и прикрыл глаза. Чарльз будет очень недоволен. Очень.
- Просто запомните - страх сотворяет чудовищ.

Эрик кивнул Елене и перевел взгляд на Искру. Он смотрел, спокойно, с едва заметной холодной улыбкой, пока девушка не начала дрожать, а потом тихо сказал:
- Тебе бы надо выпить ромашкового чаю, Искра. Ты очень взволнована - грубишь, спонтанно проявляешь способности. Это реакция на то, что произошло днем в медотсеке? Или что-то еще случилось? - он отставил тарелку. - Мое уважение непросто заслужить, а что касается доброты... Это к профессору Ксавье.