Переход из Клуба адского пламени(бар)

Первым делом надо было найти таксофон и сделать короткий звонок в прокуратуру. Узнать, на месте ли прокурор. Мистер Коэн, что радовал, добросовестно находился на рабочем месте, а уж пройти к нему в кабинет при большом желании не составит Чарльзу труда. Он и без телепатии мог заболтать любого охранника, и в особенности секретаршу. Обычно женщины легко велись на его голубые глаза и чуть смущенную улыбку. В тех, что постарше, даже начинающий стареть профессор умудрялся пробудить материнские инстинкты, в тех, кто помладше - наоборот.
Выходя из телефонной будки он как раз заметил искомый с утра магазин электронной техники, и зашел туда, потратив какое-то время на выбор плеера для Элисон, заодно и себе присмотрев какую-нибудь пластинку - он был большим фанатом пластинок и громоздких проигрывателей, что поделать.
Не стоит идти в прокуратуру прямо в обеденный перерыв. Да и еще чуть-чуть отдохнуть, прежде чем лезть в чужие мысли(а он сомневался, что прокурор честно и прямо расскажет ему о местонахождении захваченных на демонстрации мутантов), не помешает.
Да и за мероприятие по изъятию шлема он волновался. Кажется, это чертово изобретение русских умельцев окончательно решило стать его вечной головной болью.

Переход в Офис прокурора

Отредактировано Professor X (2011-08-19 17:37:27)

Ну что ж, совесть у этого Гамбита все-таки есть. А с виду и не скажешь. Приятный сюрприз.
- Вот и прекрасно, - ответил Логан, обхватывая Гамбита за талию и помогая тому перемещаться в пространстве. Удобно не было, «пассажир» изрядно сковывал движения, ежеминутно рискуя то завалиться на землю, то уронить на нее Логана. Несколько шагов спустя они, наконец, вошли друг с другом в резонанс, и идти стало заметно проще. Хотя общей ауре поддатой парочки, на утро после гулянки отправившейся в магазин «за еще» и заблудившейся в родной подворотне, это ничуть не вредило.
Ковыляя по довольно оживленной улице, Росомаха отметил, что крайне удачно вывалялся в грязи в Центральном парке – любопытные взгляды горожан в их сторону горели скорее презрением и брезгливостью, нежели состраданием и (этого еще не хватало!) желанием помочь. Никчемная нью-йоркская пьянь, куда только мэр смотрит?! Разве что для полноты картины не хватало затянуть какую-нибудь песенку похабного содержания. Невпопад и мимо нот, разумеется.
Гамбит весьма недурственно ориентировался в городе, запутывая следы и выбирая наиболее удобные пути следования. Ни копов, ни военных на пути так и не попалось, должно быть, главнюки из парка все еще надеялись словить дичь на своей территории.

=>> VIP-комнаты

Отредактировано Wolverine (2011-08-23 22:36:26)

начало игры

День казался прохладным, почти что неприветливым, хотя многие прохожие шли мимо с улыбками на лицах. Может быть, сказывалось то, что уже несколько дней Дроун ночевал в мотелях, где плохо пахло, было сыро и совершенно неуютно. А ведь он вырос крайне разбалованным мальчишкой, и несколько дней без чашки утреннего кофе с карамелью,  с последней чистой рубашкой за душой почти добили юношу. Ничего, я найду место, где живёт и работает Эмма Фрост, и всё будет хорошо. Она была так аккуратно одета, так ухожена, что наверняка живёт в апартаментах высшего класса.
Верным спутником в скитаниях по городу для Джона стала гитара. С ней он практически не расставался, вцепившись намертво в кожаный футляр, сидел на парапетах, скучал в парке, путешествовал по разным районам. Ему так и не указали, куда точно идти, чтобы отыскать Эмму, поэтому он просто шлялся по городу в поисках мутантов, понадеявшись на удачу и судьбу. Это было вполне в духе Дроуна – верить в провидение.
Сейчас, когда ноги по-настоящему устали, Джонни, ни капли не стесняясь, присел посреди тихой улицы на мостовую. Здесь почти не ездили машины, не ходили люди, так что можно было собраться с мыслями и силами. Конечно, нынешнее положение дел его нервировало, но, вспоминая своё панковское прошлое, парень утешал себя, что тогда всё было в сто раз хуже. И всё равно люди радовались, жили, надеялись, шли вперёд. Неужели его, преданного поклонника Сида, может всерьёз расстроить отсутствие достойной ванной комнаты и других мелких бытовых прелестей богатой и сытой жизни? К черту сытую жизнь!
Конечно, со времени, когда он переключил своё внимание на глэм-рок, его вкусы, его привычки изменились: в характере проявились женские черты, предпочтения стали в разы утончённее, сам Джонатан обнаружил у себя привычку шикарно жить. Теперь уже невозможно было вынести даже двух дней без душа, невозможно было спать на продавленном диване в прокуренной комнате. Впрочем, и в бытность панком Дроун старался поддержать максимум чистоты в своих затейливых костюмах и не опускаться до уровня приятелей, щеголявших в заблеванных брюках и дырявых башмаках.
Хотя какая разница? Я панк, я глэм-рокер, я меломан…что это перед тем, что я мутант? Как бы я не был одет, что бы я не говорил…суть одна. Мой металл всегда со мной, чтобы я не слушал. Когда Дроун вспоминал о своей силе, о своих ощущениях, на лице расползалась невольная улыбка. Молодой человек внезапно притянул к себе чехол с инструментом, распаковал гитару. Пришло время разогнать скуку, немного потренироваться. Первые аккорды, не халявя, Джонатан взял руками, как обычный человек. Разыгравшись и прекратив смущаться, запел:
- One pill makes you larger
And one pill makes you small
And the ones that mother gives you
Don't do anything at all, - голос Дроуна, дрожащий на каждом аккорде, вполне мог напомнить голос Грэйс, исполнительницы незабвенного хита психоделического рока, хотя Джонатан никогда не пытался взять высоких нот, что испортило бы игру. Следующий куплет мутант попробовал сыграть по-другому. Быстро оглядевшись по сторонам, Джонни прикрыл ладонью гриф гитары, зажмурился. Ему нужно было просто впустить чувство металлических тонких нитей в себя,  под кожу и в кровь, чтобы трогать их точно так же, как стучала мелодия в его голове. Струны задвигались, подчиняясь его желаниям, но…но контроль Дроуна был несовершенен ровно настолько, чтобы резать слух даже обычного человека, не то что музыканта.  Гитара однозначно отказывалась любить Джонатана.

Звуки поглощали. Нестройные, неправильные, Джонни не под силу выбить из гитары даже простенький аккорд. Это бесило до жути. Его учили те немногие наставники, что появились за прошедшее время, что в этом и кроется главная ошибка вспыльчивого мутанта: нервничает, расстраивается, готов вскочить и всплеснуть руками, отбросив начатое. Дроун кивал, прекрасно всё понимая, но никак не желало его сознание подчинять чувственную сферу тонко сложенной души. Похоже, на долю Джонатана выпали такие способности, к которым он банально не подходил по характеру: металл не терпел неуравновешенных молодых дураков, которые с наскоку пытались заставить его играть по своим правилам. Металлу вообще было глубоко плевать на людей, это Джонни не знал. Но было и что-то общение: металл, как и Дроун, вообще не умел подчиняться. Его можно было склонить к сотрудничеству.
Гитара к сотрудничеству ну никак не склонялась. А Джон всё тонул и тонул в грязных отзвуках прекрасной песни, всё искал свою магическую клавишу, точку, где паззл способностей и желаний сложится воедино. Хрен вам.
Из длительного падения в себя его вырвал звон. Джонатан медленно открыл глаза, уставился на асфальт, где блестели монеты, затем так же медленно, дышать тихо, поднял голову. Перед ним стоял довольно взрослый мужчина и просто…смотрел? Впрочем, в его взгляде Дроун не встретил ничего, что могло бы обещать хорошее развитие событий. Нет, неожиданный слушатель его экзесисов не желал зла, но от него исходило ощущение силы определённого порядка, силы, способной нанести урон.
Ну и что вам, дядя, надо? Ну ладно, максимум, побьёт меня. Дроуну не раз приходилось попадать в передряги за время взросления, мордобоя мутант не боялся, но здраво предпочитал избегать: с его хилым физическим развитием даже легкую потасовку не вытянуть. А если начать применять способности – неизбежно откроется правда. Правда. Но я точно не желаю бояться себя.
Сыграть ещё? Как нелепо. И эти деньги, - Джонни снова взглянул на монеты, губы искривились в недовольной гримаске. Ладно, я настолько плохо выгляжу?!
- Здравствуйте, господин Черный Валет, - Дроун улыбается. Просто беспечно улыбается  мужчине, который зачем-то сыплет деньги ему под ноги и просит играть дальше. Для себя Джонатан сравнивает незнакомца с картой масти пик, таких же прямолинейно-угрожающий, хмурых и закрытых.
Пальцы снова ложатся на струны. В обычных форматах из Джонатана выходит неплохой музыкант, ведь тренировки занимают у него большую часть любого дня, а играет Дроун с любовью, со страстью, с острым желанием достичь совершенства.
- When logic and proportion have fallen sloppy dead
And the white knight is talking backwards
And the red queen’s off with her head
Remember what the dormouse said
Feed your head, feed your head, - на этот раз в голосе Джонни нет ни капли сомнения. Под конец песня набирает обороты и обрывается на высокой, сильной ноте. Так же ударяет последними словами и аккордами сам исполнитель. Все на радость столь расточительной публике.

Отредактировано Chord (2011-08-30 02:41:15)

Когда его останавливают, Джонатану ничего не остаётся как насторожиться. Итак, публика оказалась весьма притязательной, и мужчине нужно особенное исполнение. Какое может выдать только мутант, так ведь, мистер Загадочность?
Дроун поднимается с асфальта, поставив гитару возле бедра, медленно отряхивает одежду, снова переводит взгляд на собеседника. Досадно, что он ниже незнакомца, впрочем, как и всегда. Всегда так: не дорос, не дотянул, поэтому и дразнили в детстве. Не то чтобы Джонни комплексовал по этому поводу. Когда он подрос, нашлось немало ценителей именно такого телосложения, как у него, тем более, что эпатажные наряды глэм-рокеров прекрасно смотрятся на худосочных бесполых существах.
Итак, от него хотят продолжения концерта. Но для начала стоит решить, достоин ли этот человек демонстрации не только музыкальных познаний, а настоящей силы. Дроун снова поднимает гитару на руки, перекидывает лямку через плечи и, бережно придерживая любимый инструмент, глазеет на того, кому так интересен его мутантский стиль игры. Ну хорошо, какие варианты? Он увидел, как я дурачусь с металлокинезом, и решил вывести меня на чистую воду? Возможно, он ярый мутантноненавистник. Может быть, он хочет просто пришить очередного выродка?
Джонатану приходилось сталкиваться с подобным. Со временем в крупных городах начали возникать целые банды, уничтожающие мутантов как данность. Ими, скорее всего, двигал страх, омерзительное стадное чувство “ааа, он не такой, как мы!”. В общем, Дроун не вникал в хитросплетения логики таких организаций. Не люди, а животные.
А ещё были психи. Психи, которым мутанты нравились, но сами эти психи мутантами не являлись. Похоже, для них это было опасным увлечением, как любовь к агрессивным зверям. Джонни и таких встречал в своём путешествии. Некоторым было интересно наблюдение, а другие хотели больше – Дроун сглотнул, нахмурился, отгоняя гнусные воспоминания. Разные люди живут в этом мире, очень разные.
Кто же ты, неизвестный мне человек? Воин во имя чистоты расы, извращенец? Или, может быть, - Джон улыбнулся слегка. Может, ты тоже мутант? Может, тебе просто интересно? Может, ты мне покажешь, что умеешь сам? На этих мыслях Дроун решил остановиться, ощущая, как настроение улучшилось – ему очень нравилось узнавать новые мутантские способности, смотреть на последствия.
Ладно, если ты, мужик, мутант, то это будет весело.
Гитара провисла на лямке, Джонни поддержал корпус за нижний край и, нагловато ухмыляясь, сосредоточился, заставляя силой мысли струны играть. Вторую руку Дроун специально отвёл в сторону, чтобы продемонстрировать чистоту эксперимента. Со звоном металла, родного, знакомого, в душу хлынула эйфория, всегда появлялась при использовании его особенной силы. Способности Джонатана пьянили похлеще любых спиртных напитков.
Сначала гитара играла отдельно, потом Джонни запел.
- No one I think is in my tree, I mean it must be high or low.
That is you can't you know tune in but it's all right.
That is I think it's not too bad. – баллада Леннона, откровенная и открытая, с ясным намёком. “Никто, я думаю, не принадлежит к моему древу”, - про мутантов, от начала и до конца. “Я думаю, все не так уж плохо”, - и даже если ты желаешь мне зла, незнакомец, я не боюсь тебя.

Гитара прощально взвизгнула, когда ей перекрыли голос. Джонни немедленно выпал из своего восторженного состояния. Внутри всё так же бушевала буря отзвуков металла, его плотности, силы, пластичности, но из под воображаемых пальцев больше не рождалось ни одного чистого аккорда. Дроун вздохнул – да, всегда приходится заканчивать свои маленькие наслаждения. Конечно, наставление незнакомца имело свой смысл и, похоже, довольно доброжелательный. Круг выбора принадлежности его слушателя сузился до варианта воспитанного любителя странностей и собрата-мутанта. Джонатан забросил "удочку":
- А вы предпочитаете скрываться, господин Чёрный Валет? – немного кривляний, немного улыбки, хотя если бы Дроуна попросили объяснить, чему он так беспечно радуется, то пришлось бы неловко молчать. Это всё происходило с ним лишь под поверхностным контролем разума, а настроения и мимика менялись по воле души, которая у Джонни вообще выходила за любые рамки по желанию.

Отредактировано Chord (2011-08-31 02:01:29)

Ах, знать необязательно. Джонни, забыв про самоконтроль, обиженно надулся. Потом мысленно напомнил себе, что это точно не Дирк из ближайшего магазина модных шмоток, у которого за милые гримаски можно узнать, что угодно, вообще-то это какой-то незнакомый мутант. Металл. Любимое слово, такой приятный, строгий тон. Дроун кивнул, тихо повторяя:
- Металл, - в голосе слышалась гордость, слышалась неподдельная любовь к собственным способностям. Ведь он действительно был счастлив обладать именно такой силой, ворочать именно металлические предметы, которые любили его, он , черт побери, чувствовал отношение металла к себе. Иногда Джонатану казалось, что он спятил, ведь неодушевленные предметы не могут испытывать что-либо. Хотя плевать же. Плевать, как и что происходит в этом мире, в любом случае я делаю нечто прекрасное, я таким родился и это меня несказанно радует. Из кармана Джонни извлёк кусок металлической проволоки. Ему понадобилось совсем немного времени: металл удлинился, местами вздыбился небольшими шипами, а вершина поднятого вертикально куска стала более плоской, тонкой, сворачиваясь в кокон, образовала бутон. Мутант церемониально, кончиками пальцев протянул тонкую металлическую розу незнакомцу.
- Вы не сказали имени, но хотя бы расскажите, что умеете? – Дроун глядит с любопытством, нетерпеливо постукивает по грифу. Его интерес почти ощущается зависшим в воздухе между ними.

Джонни был приятно обрадован, что его незатейливый продукт творчества приняли без лишних комментариев. Не то чтобы Дроуну требовалось много сил, чтобы свернуть розу, это он научился делать почти сразу после открытия собственных способностей, но всё-таки металлокинез-сила, куда более могущественная, и использовать его для творения подобных штук – это стрелять по мухам из танка. Джонатан любил, когда его стрельбу из танка ценили.
Ответ собеседника подарил новую пищу для размышлений. Если этот серьёзный Черный Валет так осторожничает, то на то явно имеются причины: значит улица небезопасна. Значит здесь за ними могут наблюдать, значит здесь мутантов преследуют. Конечно, Джонатан не забыл вариант и того, что незнакомец может быть параноиком, коих развелось масса и среди их братии из-за гонений и пропаганды антимутантских движений. Даже если он параноик, мне тоже не мешает быть аккуратным, я всегда забываю о том, что мы не живём в райских лугах среди бабочек.
Вопрос про еду вызывал закономерное бурчание в животе. Дроун почувствовал себя неловко и, стушевавшись, уставился в асфальт.
- Ну, я хочу сладкого, это точно.

Гитара была спешно упакована в футляр, Джонатан забрал его вместе со своей сумкой. Одежду юноша оставил в том хостеле, где ему приходилось ночевать последние несколько дней, там было не слишком надёжно, но он надеялся, что тряпки воровать не будут. А вот гитару и другие ценные вещи пришлось носить с собой. Удалявшийся по улице мужчина обронил ещё одно наставление, Джонни не выдержал и закатил глаза – так, ясно за кого меня принимают. Какой-то жалкий оборванец, так ещё и легкомысленный, а возможно уже и несчастным гомосексуалистом посчитали. В целом, Джонни привык, что люди и мутанты часто додумывают к образу любого встречного множество лишних, несущественных, зачастую неправдивых деталей. Но я не позволю себя считать уж таким неудачником!
Нагнав собеседника, Дроун пошёл с ним в ногу, чтобы не отставать. Хорошо, что его неожиданны спутник двигался достаточно медленно, ведь тащить гитару и поддерживать хороший темп трудно, если тело не слишком тренировано на подобные вещи. А Джонни пытался ещё и говорить:
- Вообще-то это не подарок вам-мужчине, а скорее знак определённого доверия, знаете, я же не хвастаюсь своими способностями перед каждым встречным, - тяжелый футляр неудобно стукнул по ноге, юноша сдержанно зашипел, переложил груз поудобнее в руке, - И я хотел бы сладкого. Надеюсь, вы не считаете, что я бездомный скиталец, который тут пытался себе заработать на жизнь, - в голосе послышалась легкая обида, а Джонни, забыв следить за своими интонациями, с головой выдал тот факт, что подобное отношение его задело, - я вообще ищу здесь Эмму Фрост и её заведение.

Какой занимательный интерес. И теперь вы, дядя, попытаетесь сделать вид, что вам незнакома Эмма Фрост? Джонатану, скорее всего, небезосновательно показалось, что столь отстранённый мужчина просто не может реагировать так на неизвестное ему имя. Тогда стоит ответить правдиво, может быть, хоть кто-то в этом огромном городе мне поможет найти прекрасную фею. Им не пришлось идти далеко, сразу вверх по улице оказалась неплохая забегаловка. Джонни ступил туда с осторожностью, оглядываюсь. Интерьеры не впечатляли, но были довольно уютными. Осторожно, неслышно следуя за собеседником, Дроун осмотрелся. Выбранный неожиданным спутником столик оказался в самом дальнем углу зала, возле глухого окна. Темный замурованный проём был подсвечен бледным абажуром под которым помещалась небольшая композиция крошечных стульев, стола, совсем маленьких столовых приборов на столе, кофемолки, мерных весов. За столом восседал фарфоровый кролик в очках. Джон невольно улыбнулся, аккуратно взял игрушечный кофейник и принялся рассматривать, параллельно отвечая на заданный вопрос:
- Я познакомился с ней не так давно, она…кхм, помогла мне войти в мир людей, обладающих определённой силой. И я хочу встретиться с ней вновь теперь, когда я мог бы ей пригодиться.

Что ж, Дроуну не дали даже рта раскрыть насчёт заказа. Он не слишком сильно расстроился, вообще не имел привычки реагировать на подобные выходки без очевидной пользы для себя. Так что промолчал, вертя в руках миниатюрный кофейник. Потом на колени перекочевал кролик, которого молодой металлокинетик принялся так же тщательно разглядывать. Похоже, персонал заведения не протестовал, и странного посетителя оставили с игрушками в покое. Потянувшись с удовольствием, Джонни вернул своему собеседнику взгляд. У Дроуна он получился несколько неприличным, с вызовом.
- Зачем вы меня всё время предупреждаете? – На губах заиграла чуть заметная усмешка, Джонни тут же уставился на свои руки, чтобы не показать лишних эмоций.
- У вас что, какие-то проблемы с теми или с другими? И кто эти, другие? – заинтересованно. Дроун полагал, что ему стоит знать расстановку сил в этом мире, в который он прибыл совсем недавно. Появившийся вновь официант  расставил перед посетителями их напитки, а у Джонни появился десерт. Посмотрев на сладкое, мутант сдержанно поблагодарил. Затем его вновь заняла игрушка в руках.
- Вряд ли вы телепат. Иначе бы давно прочитали, кто я, что тут делаю и всё такое, - вздох, - значит ни я, ни вы не убедим отдать этого кролика.