- Виктор, давай не будем злить профессора Леншера, хорошо? - Чарльз примерно представляет, как парень может среагировать на голос у себя в голове, но надеется, что Анол его узнает, и что старшие ученики давно предупредили парня о манере директора общаться на расстоянии. - Просто мы все за тебя волновались. Мы не собираемся сразу возвращать тебя в поместье, просто будет лучше, если ты будешь смотреть на демонстрацию рядом с нами. Договорились?
Он вздыхает. Времени узнать каждого из новых учеников поближе и донести до них мысль, что мутанты в школе не просто ученики и учителя, а настоящая семья, почти не было, слишком много внимания отвлекал на себя поиск Страйкера. Из-за этого голову посещала кощунственная мысль и правда попросить Эрика привлечь к борьбе с полковником и Оружием Икс Братство. Но вот методы "злых мутантов" не радовали на мысль, что Ксаве эти мысли отгонял. Надо будет поговорить с Виктором, объяснить ему, что всегда можно отпроситься, а то и предложить поехать на демонстрацию большой компанией, но, разумеется, под присмотром старших.
Эрик, конечно же, предпочитает свою любимую тактику: схватить и тащить.
- Эрик, не пугай его так, а то он сбежит на Аляску. Твоя репутация у учеников... Мягче, друг мой. , - это уже специально для Магнито, с легким оттенком укоризны. В конце концов, он учитель, а не кто-то вроде Шоу.

Отредактировано Professor X (2011-07-18 00:00:19)

Эрик поморщился.
Чарльз хорошо контролировал свои мысли, вот только не догадаться, с кем тебя только что сравнили, было сложно. Он снова перехватил взбрыкнувшего пацана - не слабее, лишь чуть поудобнее. Чертовы инстинкты велели вцепиться так, чтобы было как можно больней.
Сам он пойдет. Видали мы таких - задаст стрекача и гоняйся за ним по всему парку. 
- Конечно пойдешь, куда ты денешься. Не трясись. Страйкеру тебя не отдадут, на улицу не выгонят, и даже бить не будут. Хотя стоило бы. Что, по твоему, тут сейчас начнется - пикник? В случае беспорядков мы бы даже вытащить тебя не успели, если бы не профессор с его телепатией. Идиот.
Чарльз уже улыбался им со своей скамейки.

Отредактировано Magneto (2011-07-18 00:12:06)

- Доброе утро, Виктор, - Чарльз улыбнулся и похлопал рукой по скамейке рядом с собой. Невольно подумалось, что они с Эриком идеальное воплощение "плохого и хорошего полицейского", просто по жизни.
- Ты заставил всех поволноваться. Мог бы предупредить, что хочешь на демонстрацию, мы бы взяли тебя с собой. А так тебе придется извиниться перед мистером Маккоем, ты добавил ему сегодня седых волос.
Это сказано было добрым тоном, словно Чарльз нисколько не злился. Он и не злился, действительно, и теперь, когда ученик сидел рядом, снова расслабился и перестал беспокоиться.
- Больше не убегай без предупреждения, договорились?

Мистик оставляет мальчишку - пусть осваивается - и идет к трибуне. Кошка продолжает надрываться в мегафон, перекрикивая полицию. За трибуной напряженно шушукаются организаторы: вооруженные военные заставляют всех нервничать. Джесси предлагает быть "помягче", не вступать в конфронтацию... Джесси тот еще тихушник. Он порой напоминает ей Чарльза в его худшие моменты - может спрятаться, вот и отсиживается в уголках, и никак не может понять, чем такое поведение не нравится другим. Она вообще не очень понимает, что он делает в их команде. Посчитала бы саботажником, но уж больно он бросается в глаза со своим приспособленчеством...
Она поднимается на трибуну. Время начинать. Люди стягиваются ближе, над толпой вскидываются плакаты на шестах и растяжках. На дорожке уже скандирует "оппозиция".

Она ждет, осматриваясь. Недавний мальчишка растворился в толпе. Зато у дорожки, в стороне, она видит знакомую фигуру. Чарльз. Надо же. Неужели решил поучаствовать в общественной деятельности? А вот и Эрик. Ведет какого-то парнишку за плечо. Мистик прищуривается, видя жесткую хватку. Эрик и его методы... И главное - нашли время. Демонстрация демонстрацией, но она же передала им дневники! Им заняться нечем?
Ладно. Не до них сейчас. Хотя если будет время, она с ними поговорит...

Она выходит вперед, и Кошка вручает ей мегафон. Секунду Мистик обводит взглядом толпу, упирается в глаза капитана полиции - и стряхивает личину, обретая свое истинное обличье. Это всегда выглядит очень эффектно.
В ошеломленной тишине она кричит в мегафон, вскидывая руку:
- Я мутант, и горжусь этим!
Оглушительное эхо прокатывается по парку, и следом десятки рук взлетают в воздух, десятки голосов повторяют:
- Я мутант и горжусь этим!

Стряхнув с себя задумчивость и оцепенение, легко пробирается почти к самой трибуне, держась, тем не менее, чуть вбок от нее, не на виду. Но чтобы не пропустить ничего...
И, наконец, демонстрация начинается.
Курт с удивлением рассматривает недавнего знакомого - хотя можно ли назвать его так? они перекинулись лишь парой фраз - стоящего на небольшой сцене.
Так значит, тот не просто "знает многих здесь", но и один из организаторов.

Он только на секунду отводит взгляд, а когда снова смотрит на трибуну - на ней вместо парня-блондина оказывается девушка - или женщина? - страннее которой ему еще не приходилось видеть здесь. Синяя рельефная кожа, никакой одежды - он смаргивает, но не отрывает взгляд, зрелище странным образом притягивает.
"Мутант - и горжусь этим!" - кричит она в мегафон. "Мутант - и горжусь этим!" - начинает повторять толпа.
Это все так странно. Ново, необычно и не вполне понятно. Курт не может сказать, что он гордится тем, кто он есть - скорее, он просто принимает это как данность.
Но энергия, исходящая от синекожей девушки, подхваченная толпой, немного захватывает и его самого. И он повторяет вслух - негромко и обращаясь к себе самому:
- Я мутант... и я горжусь этим?

Отредактировано Nightcrawler (2011-07-19 07:36:52)

Чарльз проводит воспитательную беседу, мальчишка всем своим видом изображает: "Вы поговорите, а мы послушаем". Эрик но не вмешивается - пока. Не до того.
Все равно от дежурств по кухне этот умник не отделается.
- А вот и Мистик, - говорит он, констатируя очевидное. - Прекрасна, как всегда.
Чарльз морщится. Он не считает, что мутация сама по себе - повод для гордости, и очень не любит этот лозунг.
Люди на другой стороне парка пытаются перекричать мутантов. Пока безуспешно. Напряжение полицейских и военных чувствуется почти физически.
Эрику резко, почти болезненно хочется кофе.
За одним из общественных столов он примечает металлический термос - из него наливали окружающим. Кто-то из солдатиков нервно передергивает затвор. Крики толпы будоражат, подбивают на хулиганство. Эрик вздыхает. Не стоит привлекать к себе внимание.
А хочется.

Отредактировано Magneto (2011-07-18 14:33:38)

- Я никогда не понимал этого лозунга, - словно в такт мыслям Эрика говорит Чарльз, глядя в сторону военных и полицейских. Даже их лица, лица людей, привычных к виду самых отъявленных негодяев и изуродованных трупов, сейчас несут отпечаток страха. Фокус Мистик, бесспорно, эффектен, как и воодушевление мутантов, но это пугает людей. Это выглядит как начало агрессии от того, чего они не могут понять. И это толкнет их на ответные действия, когда страх превратится в злость. Чарльз вздыхает - он не сможет проконтролировать всех, а военные могут среагировать даже без приказа командира, позабыв про дисциплину. Голова кружится - с одной стороны мысли и эмоции мутантов, горячие, яркие, с другой - страх и злость людей. И посередине один телепат, который пытается уследить за всеми, как школьный учитель.
- Как можно гордиться тем, в чем нет твоей заслуги, Эрик? - собственная речь немного отвлекает, не дает потеряться в чужих головах. - Я мутант, да, но так же я мог бы выходить на улицы и кричать: "У меня голубые глаза и я горжусь этим". Гордость надо заслужить. А не надрывать горло, пугая и без того нервных людей. Военные вот-вот откроют огонь просто потому, что видят в этом вызов, агрессию. И ничто их не удержит - ни командир, ни мы. Еще и эти камеры.

- Эрик, ну как ты не понимаешь? - Чарльз досадливо поморщился, пытаясь сосредоточиться на командире, отправить его успокаивать подручных, но тех слишком много, да и не самые это опытные ребята - молодняк. Полицейские ведут себя куда увереннее - эти ребята патрулируют Бронкс и Квинс, ловят незаконных эмигрантов и головорезов, они сталкиваются то с демонстрациями гомосексуалистов, то с разъяренными чернокожими, и уже давно не боятся ни синих женщин, ни куда более затейливых существ. Нью-йоркские полицейские в чем-то даже толерантнее своих коллег из других городов, столько необычных людей им подкидывает ежедневно Большое Яблоко.
- Мистик уже сама по себе провокатор, как и остальные мутанты. Люди чувствуют от них опасность, но эта опасность им незнакома. Знаешь, о чем сейчас думает их командир? О том, что какой-нибудь мутант может прикинуться его женой и ограбить их дом, а его семью убить, и никто его никогда не найдет.
Он замолкает, потому что теперь говорит чужим голосом - командир приказывает старшим в отрядах оцепления не поддаваться на провокации и соблюдать порядок, убеждает в том, что бояться нечего - это всего лишь очередная демонстрация, и что военным следовало бы взять пример с гражданских и полиции - даже те спокойны. Стыд - тоже оружие против страха, и оцепление постепенно возвращается к дисциплине, но Чарльз все равно чувствует висящее в воздухе напряжение. Он думает о том, что это дико глупо - противопоставлять себя кому-то вместо того, чтобы пытаться найти общее и сыграть на этом. Почему человеческий(и мутантский не менее, а иногда и более) разум настолько примитивен, что видит вокруг только врагов, а самым лучшим методом считает уничтожение. А потом ему говорят, что они лучше животных. Нет, господа. В чем-то дикая природа куда мудрее нас, потому что точно знает, как все должно идти, как постепенно должен развиваться каждый вид, и что с уважением надо относиться даже к тому, кем ты питаешься, и с кем сражаешься за территорию. Люди же хотят все и сразу, и совсем не умеют ждать.
Ксавье очень боялся, что когда-нибудь человечество уничтожит само себя, а заодно и все планету, вместо того, чтобы стремиться к лучшему. Сцепятся, как кошки, и карибский кризис сменится еще одним кризисом, а потом концом света. Это было единственной вещью, которая приводила его в отчаянье. Человеческая злость и недальновидность.

Опытный оратор, Кошка умеет держать аудиторию и вдохновлять ее. Короткие, хлесткие фразы. Четкие идеи. И не скажешь, что она родом из латиноамериканских трущоб. Даже полиция начинает прислушиваться, даже у солдат на лицах заметна мысль...
Обходя толпу по краю, Мистик чувствует на себе взгляды: ее синяя нагота притягивает внимание. Она привыкла к этому. Люди стыдятся всего, в том числе собственных тел. Даже когда им не нужно защищаться от стихий, они прячутся в слои одежды. Стыд и желание спрятаться - два самых ненавистных для нее чувства. Она провела с ними всю молодость. Это то, чего Чарльз никогда не мог понять: каково это - стыдиться себя, бояться себя, ненавидеть себя. Каково это - испытывать стыд не за свои действия, не за принятые решения, не за слова, а за то, чего не можешь изменить - за саму свою природу. Когда показаться без маски страшно, потому что взамен наверняка ударят - ответным страхом, отвращением, презрением, а то и просто кулаком... Она когда-то подчинялась. Пряталась. Убеждала себя, повторяя слова Чарльза, что если она будет притворяться нормальной, то все будет хорошо, и задыхалась под этими масками, пытаясь быть хорошей, правильной, приемлемой. Но это была не жизнь - сплошное притворство.
Теперь она разворачивает плечи и вскидывает голову, не скрывая ничего. Противоположность стыду - гордость. Гордость за то, что смеешь быть собой, когда каждый второй хочет, чтобы тебя не было. Люди находят много поводов для гордости, для которых ничего не сделали: они гордятся цветом кожи, языком, страной, культурой, своими человеческими генами. У мутантов тоже есть чем гордиться.
- ...Равенство для всех! - кричит Кошка, вскидывая кулак. Камеры телерепортеров ловят каждый жест, микрофоны радиостудий записывают ответный рев толпы.

Затем сквозь него прорывается: "Долой капризы природы! Отклонениям - нет!" Противники подтянулись поближе. Ну конечно. Речь Кошки собрала немало слушателей, в дополнение к тем, кто пришел к самому началу; их оппонентам тоже хочется внимания. Мистик качает головой.

Внимательно слушает речь оратора, хмурясь, когда не понимает каких-либо отдельных слов. Но общий смысл сказанного ему ясен. Достаточно взглянуть на лица и взгляды, обращенные к трибуне, вскинутые руки, горящие глаза - в них читаются гордость и вера. По сути, Курт согласен со всем услышанным. Равенство для всех, принятие всех... Это было бы прекрасно, хотя и кажется чем-то недостижимым.
Словно в подтверждение его мыслей нарастает напряжение среди подтянувшейся "оппозиции" - людей, для которых такие, как он, навечно останутся опасными изгоями.
Краем глаза он с беспокойством следит за ними всеми - полицией и военными, репортерами, случайными зеваками и пришедшими нарочно, чтобы покричать нечто вроде "Вы не нужны нам!"
Так тут и не просят быть нужными, - думает Курт. Они хотят лишь, чтобы их оставили в покое, не травили и дали жить нормально...

Ну вот и дождались, - проносится в голове. - Конечно, наивно было надеяться, что все пройдет мирно... а так хотелось.
Надо выбираться отсюда, да поскорее.
Стараясь не поддаваться нарастающей панике, оглядывается по сторонам. Можно было бы телепортироваться, но в такой толпе он непременно врежется в кого-то, если не что похуже. Не говоря уже о том, что Курт так и не научился полностью справляться с недавно открывшимся даром - особенно, когда нервничал или боялся.
Теперь он уже жалеет, что решил забраться в самую "гущу событий". В толпе кричат - мутанты и люди - последних, кажется, стало еще больше, откуда? Его вновь толкают, на этот раз на край трибуны; с носа падают темные очки и тут же исчезают под чьими-то ногами. Кажется, что еще пара минут - и начнется настоящее побоище.

Солдаты вскидывают винтовки. Капитан орет что-то в мегафон, требует разойтись. Медленно разворачиваются в сторону самой гущи собравшихся водяные пушки. Все происходит быстро, так быстро...
Вот черт. Я так и знала. Почуявшая кровь толпа вот-вот сорвется. Мистик видела не одну демонстрацию, которая так заканчивалась - времена нынче такие, о мире невозможно говорить мирно. Но это не значит, что она не будет пытаться предотвратить бессмысленную драку, особенно когда на драчунов наведены дула винтовок. Она бросается обратно к трибуне, куда уже снова карабкается Кошка. Локтями раздвигает смыкающуюся толпу. Спотыкается об кого-то, едва не сбивая с ног - если бы не плотно сжавшиеся тела, точно бы упал...
- Опять ты? - давешний мальчишка, очки куда-то делись, а кожа действительно синяя. И вид потерянный. - Пошли, - бросает резко, подхватывает под локоть и тащит за собой, распихивая толпу. До края, а там можно и отпустить, но в самой давке еще затопчут ненароком...
- Долой ублюдков эволюции! - орут антимутантники, размахивая плакатами, как дубинками. Часть демонстрантов разворачивается туда. Мистик пытается бежать еще быстрее, и наконец выламывается из давки на свободу, под самую трибуну. Выпускает мальчишку и запрыгивает наверх, к Кошке, уже пытающейся перекричать всех.
Сверху отлично видно, как Джесси, перепуганный тихушник Джесси, в ответ на очередной крик "Смерть всем мутантам!" запускает на голос бутылку. Она даже не долетает - бьет по шлему солдата и целехонькой скатывается вниз. Но толпа ревет, и капитан перестает успокаивать публику и начинает отдавать приказы, и десятки предметов взлетают в воздух с обеих сторон.
Мирно не получилось, - мрачно думает она.

- Я... - Не успевает ничего сказать - но для слов и нет времени - как его подхватывает та самая девушка-оборотень и протаскивает сквозь толпу, сквозь самую давку - вокруг лица, лица, и в них уже нет гордости и радости, лишь злоба и ожесточение, и почти на всех - страх. Но ведь сейчас они сами только рады сцепиться с людьми.... Кто-то, может быть, и хотел этого! - думает Курт.
Наверное, теперь он уже может - и должен - выбраться отсюда. Но почему-то медлит, сам себе удивляясь.